Главная
Аналитика Геополитика Экономика Мнения Россия Украина

Нефтяной Гулливер из Саудовской Аравии

Считается, что крупнейшей в мире нефтяной компанией является Saudi Aramco, которая базируется в Саудовской Аравии.

Примечательно, что Saudi Aramco не «прозрачна», поскольку не публикует таких финансовых показателей, как прибыль, обороты, активы и рыночная капитализация. Поэтому не представлена в рейтингах крупнейших мировых нефтедобывающих компаний, где, как известно, первые строчки занимают американские ExxonMobil и Chevron, китайские Sinopec и PetroChina, англо-голландская Royal Dutch Shell, британская BP, французская Total. Однако все прекрасно понимают, что эти лидеры мирового нефтяного бизнеса – лилипуты на фоне саудовского Гулливера.

Saudi Aramco принадлежит более 100 нефтяных и нефтегазовых месторождений в Саудовской Аравии с запасами, составляющими около четверти мировых разведанных запасов углеводородов. По объёмам добычи компании есть лишь обрывочные данные за некоторые годы. Так, в 2013 году Saudi Aramco добыла 3,4 млрд баррелей сырой нефти (примерно 11% мировой добычи).

Годовая добыча нефти и газа в едином эквиваленте, по оценкам экспертов, у саудовской компании примерно в два раза больше, чем у крупнейшей американской компании Exxon Mobil. У Saudi Aramco есть филиалы, совместные предприятия и дочерние компании в Китае, Японии, на Филиппинах, в Республике Корея, Сингапуре, ОАЭ, США и Великобритании. Имеется флот супертанкеров. Коль Saudi Aramco не «прозрачна», то она и не является публичной и на фондовом рынке не представлена.

История нефтяного гиганта восходит к 1933 году, когда в результате концессионного соглашения правительства Саудовской Аравии с американской компанией Standard Oil of California возникла компания California-Arabian Standard Oil Company; с 1944 года компания стала называться Arabian American Oil Company.

В 1950 году саудовский король Абдель Азиз ибн Сауд пригрозил национализировать нефть в стране, вынудив тем самым американского партнёра согласиться на раздел прибыли 50:50. Штаб-квартира компании была перенесена из Нью-Йорка в Саудовскую Аравию (Дахран). В 1973 году, после американской поддержки Израиля в ходе Войны Судного дня, правительство Саудовской Аравии приобрело 25% акций компании, увеличив к 1974 году свою долю до 60%.

Наконец, к 1980 году участие правительства Саудовской Аравии в капитале достигло 100%. В ноябре 1988 года компании было дано нынешнее название Saudi Aramco (полное официальное название — Saudi Arabian Oil Company).

Если Saudi Aramco занимает ведущие позиции в мировой нефтяной промышленности, то в самой Саудовской Аравии эта компания составляет 90% всей национальной экономики. До последнего времени 90% прибыли компании направлялись в государственный бюджет.

На протяжении многих десятилетий Саудовская Аравия была одним из самых надежных союзников Вашингтона на Ближнем Востоке. Особенно после того, когда в середине 1970-х гг. тогдашний государственный секретарь США Генри Киссинджер договорился с саудовским королем о том, что Саудовская Аравия будет продавать «черное золото» исключительно за доллары США.

А Вашингтон в обмен на это обещал поставки оружия и военно-политическую поддержку, а также гарантии того, что стратегический союзник Вашингтона Израиль не будет проводить агрессивной и даже недружественной политики в отношении Эр-Рияда.

Статус-кво Саудовской Аравии поколебался осенью 2016 года. Конгресс США принял закон, дающий право родственникам жертв нью-йоркских терактов 11 сентября 2001 года подавать в суд на правительство Саудовской Аравии и требовать от него компенсаций.  Основанием для принятия закона было якобы то обстоятельство, что большинство исполнителей терактов являлись саудовскими гражданами.

Против был президент Обама, который пытался наложить вето на закон, однако Конгресс сумел преодолеть его. Конечно, были гораздо более серьезные причины для охлаждения отношений между Вашингтоном и Эр-Риядом. Но это тема отдельного серьезного разговора.

Как бы там ни было, но начался «обмен любезностями» между Эр-Риядом и Вашингтоном. Дело дошло даже до того, что Вашингтон пригрозил заморозить активы саудовского происхождения, которые находились в США, в случае, если Эр-Рияд откажется от выплат. Цена вопроса высокая: представители саудовской правящей династии в США владеют вложениями в размере 750 млрд долл.

Обострение отношений с Вашингтоном привело к ухудшению экономического положения Саудовской Аравии. В частности, в 2016 г. объем экспорта из Саудовской Аравии в США уменьшился почти на четверть (на 23,4%). На этот фактор ухудшения наложился другой, еще более серьезный – длительное пребывание мировых цен на «черное золото» на крайне низком уровне.

Хотя Саудовская Аравия имела хороший «запас прочности» для противостояния низким ценам, но и этот запас стал иссякать. Например, в 2016 году бюджетная «дыра» (дефицит государственного бюджета) составила 90 млрд долл. В 2015 году показатель относительного уровня бюджетного дефицита был равен 15% ВВП, в 2016 г. – 13%, в 2017 г. – почти 9%. По относительной величине бюджетных «дыр» Саудовская Аравия стала чуть ли не мировым рекордсменом. Разве что в неблагополучной Венесуэле «дыры» бюджета больше.

И вот когда у Эр-Рияда завершился длительный период экономического процветания, саудовские правители впервые за долгие годы задумались о том, как дальше жить. В краткосрочной перспективе – где взять денег для того, чтобы закрыть неожиданно возникший дефицит государственного бюджета? В долгосрочной перспективе – как застраховаться от высокой волатильности цен на рынке «черного золота»?

Пришла идея частичной приватизации своей «дойной коровы» под названием Saudi Aramco для того, чтобы выручить хорошие деньги. И за их счет закрыть «дыры» бюджета. Но главное — провести радикальную перестройку экономики, которая позволила бы Саудовской Аравии ликвидировать почти фатальную зависимость от нефти, создать новые отрасли и производства.

Контуры проекта стали складываться еще в 2015 году. Было решено, что в Саудовской Аравии будет создан крупнейший в мире суверенный фонд с капиталом около 2 трлн долл., за счет которого будет производиться финансирование программы структурной перестройки саудовской экономики. Указанная программа начала готовиться в 2015 году.

В апреле 2016 г. прошло широко разрекламированное в Саудовской Аравии заседание возглавляемого королем Сальманом бен Абдель Азизом Кабинета министров, на котором эта программа была принята. Она получила название «Видение – 2030». Как следует из названия документа, структурная перестройка саудовской экономики должна завершиться к 2030 году.

Источником капитализации фонда должны стать деньги, вырученные от приватизации Saudi Aramco. Приватизация должна проводиться постепенно, поэтапно. С тем, чтобы получать максимальный финансовый эффект. При этом приватизация должна по возможности синхронизироваться с ходом реализации программы «Видение – 2030».

О полной приватизации речь не шла. Доля участия в капитале компании в конечном счете должна быть понижена до 50% плюс 1 акция. В январе 2016 года было официально объявлено, что для начала на продажу будет выставлено примерно 5% капитала компании. В СМИ получила хождение цифра возможной капитализации всей саудовской компании – 2 трлн долл. (экспертная оценка). Таким образом, выручка от первого этапа приватизации оценивалась в 100 млрд долл.

Видимо, запланированная операция рассматривалась Эр-Риядом как пробный шаг. Очевидно, что вырученных денег для капитализации суверенного фонда и финансирования программы было недостаточно, с их помощью можно было лишь сбалансировать государственный бюджет.

Площадка для проведения операции по первичному размещению бумаг (IPO) Saudi Aramco на тот момент еще была неизвестна. Планировалось, что в течение 2016 года биржа для проведения листинга будет определена. А сама операция будет осуществлена в 2017 году.

Однако в прошлом году дату проведения IPO несколько раз откладывали, наконец, было решено осуществить ее в 2018 году. Вокруг планов приватизации Saudi Aramco завязалась самая настоящая интрига. Появилось бесчисленное количество версий того, почему операция раз от раза переносится.

Одна из банальных причин того, почему Эр-Рияд перестал форсировать приватизацию своего нефтяного гиганта заключается в том, что цены на «черное золото» на мировом рынке пошли вверх. Сегодня они более чем в два раза превышают тот уровень, который был на момент зарождения идеи приватизации в 2015 году.

Другая часто фигурирующая в СМИ причина заключается в том, что, мол, цифра предполагаемой капитализации Saudi Aramco в 2 трлн долл. оказалась сверхоптимистичной. Что на самом деле «красная цена» компании никак не выше 1 трлн долл. Правда, такие заниженные оценки делались и делаются западными экспертами. И есть подозрение, что они выполняют «социальный заказ» тех, кто по тем или иным причинам ведет игру «на понижение». А если цена компании действительно ниже 1 трлн долл., то для Саудовской Аравии «овчинка выделки не стоит».

Первоначально Эр-Рияд рассматривал в качестве потенциальных площадок проведения операции биржи Лондона, Нью-Йорка, Гонконга. Кажется, пообщавшись более плотно с консультантами, которые прорабатывали вопросы подготовки IPO, саудовские чиновники поняли, что на всех фондовых биржах требуют такой «прозрачности» со стороны участника операции, на которую они идти не готовы. В отличие от «цивилизованных» представителей Запада, консервативные саудиты не готовы раздеваться до трусов. Пробовали они проработать вариант проведения операции на собственной бирже, но есть опасения, что серьезные инвесторы не пойдут на мало им известную площадку.

Список причин переносов приватизации можно продолжать еще очень долго. Серьезный анализ каждой из них заслуживает отдельной статьи. В марте нынешнего года лондонская Financial Times познакомила читателей с небольшой сенсацией: в 2018 году приватизационная сделка вообще не состоится. Срок сдвигается на первую половину 2019 года из-за «сложностей в поиске инвесторов» и «неожиданных правовых рисков».

А вот сенсация более серьезная: 6 июля 2018 г. авторитетное американское издание The Wall Street Journal со ссылкой на саудовских чиновников и источники, знакомые с ситуацией, сообщило, что есть сомнения в том, что первичное публичное размещение акций Saudi Aramco вообще произойдет. Я не думаю, что это информационная «утка». Будь я на месте саудовских шейхов, точно отказался бы от IPO. Цена выручки от реализации 5% капитала оказывается слишком высокой: компания, а в конечном счете и вся Саудовская Аравия, попадет под влияние мировых махинаторов с их «инвестиционными рейтингами», «аудитами», «биржевыми котировками» и т.п.

Также появились альтернативные источники пополнения казны. Это не только дополнительные миллиарды долларов от роста цен на «черное золото». Саудовская Аравия также наладила размещение на мировом рынке бумаг суверенного долга (первые размещения были не очень удачные, сейчас дела пошли лучше). Наконец, была разработана и начала реализовываться программа приватизации иных (помимо Saudi Aramco) активов.

Речь идет о приватизационной программе правительства, которая предусматривает привлечение к 2020 г. 35–40 млрд риалов (около 10 млрд. долл. США) путем продажи спортивных клубов, мукомольных комбинатов и водоопреснительного завода, некоторых других объектов. Понятно, что выручка скромная на фоне астрономических сумм Saudi Aramco. Но, видимо, Эр-Рияд решил «потренироваться» на мелких объектах.

Хотя публичное размещение акций Saudi Aramco сегодня стало весьма проблематичным, продажа «кусочка» саудовского нефтяного гиганта может все-таки состояться. Никакого противоречия тут нет. Интригу вокруг Saudi Aramco следует обязательно рассматривать с учетом «китайского фактора». До недавнего времени Саудовская Аравия была главным поставщиком нефти на китайский рынок (недавно она отошла на второе место, уступив лидерство России). Поддержание стабильных отношений с Пекином для Эр-Рияда сегодня не менее важно, чем с Вашингтоном. Уже на протяжении по крайней мере двух лет Пекин играет на этой заинтересованности Эр-Рияда.

Во-первых, Пекин настаивает на том, чтобы поставки саудовской нефти начали оплачиваться в китайских юанях. Эр-Рияд оказался между молотом и наковальней. Ведь еще в 70-е годы прошлого века он дал клятвенное обещание Вашингтону, что будет продавать «черное золото» только за «зеленую валюту». Эр-Рияд тянет с выполнением условия Пекина, теряя с каждым месяцем «очки» (позиции на китайском рынке нефти). Рано или поздно Эр-Рияду придется согласиться на торговлю в юанях. Он к этому готовится. Причем очень конкретно.

Осенью прошлого года Москву посетил (впервые за всю историю отношений наших стран) саудовский король. Каким ветром принесло саудовского монарха в первопрестольную? За пестрой повесткой переговоров скрывался один главный вопрос, который интересовал короля – зенитно-ракетный комплекс С-400. Им король хотел бы прикрыться от ожидаемого гнева Вашингтона.

Во-вторых, Пекин готов помочь Эр-Рияду в практической реализации плана продажи 5% капитала Saudi Aramco. Он предлагает ему стать покупателем этой доли. Причем без использования таких «предрассудков» и «формальностей» как IPO. То есть путем прямого приобретения. Таким способом Пекин хочет постепенно выдавливать из Саудовской Аравии ее «пожизненного союзника» — США, а также установить более эффективный контроль над поставками «черного золота» на китайский рынок.

С учетом «китайского фактора» непонятные на первый взгляд действия Эр-Рияда вокруг Saudi Aramco приобретают свою логику.

Валентин Катасонов

Источник

Подпишитесь на нас Вконтакте, Одноклассники

440

Похожие новости
13 июля 2018, 20:00
16 июля 2018, 22:00
20 июля 2018, 00:00
19 июля 2018, 12:00
18 июля 2018, 14:28
19 июля 2018, 09:00

Новости партнеров
 

Новости партнеров

Комментарии